Психолог, КПТ-терапевт Алена Шаповалова.
20 февраля 1998 года в России состоялась премьера фильма, который на многие поколения остался с нами — на экраны вышел «Титаник». Тот самый, с Леонардо ДиКаприо и Кейт Уинслет, снятый Джеймсом Кэмероном и собравший россыпь из 11 «Оскаров». А еще помните топики с Джеком и Роуз? Они были практически у каждой девчонки.
Бедного художника обожали все от 10 до 110 лет. А что же сейчас? Стандарты сильно изменились, и, говоря современным языком, он — сплошной красный флаг. И вот почему.
Во-первых, отсутствие финансовой грамотности и стабильности. В 90-х богемный образ жизни Джека (нет денег, нет жилья, нет работы, только талант и свобода) казался романтичным. Сегодня это выглядит иначе.
Например, у Джека нет «подушки безопасности». Вспомните, как он доказывает, как же здорово ничего не планировать и не иметь за душой. Если в 1998-м это отвечало духу времени, то сейчас хочется расширить горизонт планирования больше одного дня. Не говоря уже о том, что на свидания он не потратил ни копейки, да и в целом не сильно старался, выбирая места для романтических встреч, даже находясь на настоящем чуде техники.
А еще иждивенчество: он перебивается случайными заработками, билет выигрывает, костюм одалживает. В современном мире взрослых отношений отсутствие жилья и стабильного дохода — это стоп-фактор для большинства девушек, которые ищут серьезные отношения, а не просто вечеринку.
Паразитизм на ресурсах: его план «я нарисую тебя, и мы будем жить на подачки» — это чистой воды надежда на авось. Сегодня такого парня назвали бы не «свободным художником», а «инфантилом».
А еще сейчас бы он получил звание сталкера. Сцена на носу корабля («Лети, Роуз!») сейчас вызвала бы не умиление, а обращение в полицию или как минимум громкий скандал. Он фактически шантажирует Роуз, угрожая спрыгнуть, чтобы заставить ее передумать. Это классический прием абьюзера — эмоциональные качели.
Несмотря на сопротивление и страх Роуз, ведь она боится высоты, он сзади обхватывает ее и разводит руки в стороны. Сегодня это называется нарушением границ. Не говоря уже про домогательства к девушке, у которой есть могущественный жених.
Психологическое давление: он постоянно лезет в личное пространство, не слушает слово «нет» и продавливает свою линию.
Джек спит где придется, носит одну и ту же одежду. От него, вполне вероятно, пахнет потом, перегаром и сыростью.
Предложение «Пойдем со мной на вечеринку в третий класс, там душно, накурено и пьют все подряд» вряд ли вызовет восторг у современной девушки, привыкшей к комфорту. Даже если она возмущена своим положением в семье: обоняние-то и чувство прекрасного она не потеряла. Получается, что он не тянется к Роуз, а тянет ее на дно.
Его фразы «Я — король мира!» на фоне заката — это чистая вода пафос, который сегодня стал бы мемом. Его манера разговора («В чем проблема, красотка?») звучит сейчас как подкат сомнительного качества в дешевом баре.
«Спасатель на минималках», который втягивает Роуз в смертельно опасную авантюру. Сбежать от могущественного тирана-жениха — это одно. План «просто уйти и жить в любви» абсолютно не учитывает реальность: где они будут жить, на что есть. А, когда ее поймают, что при их возможностей займет максимум неделю, как ее спасать?
Сегодня такого парня назвали бы токсиком и тюбиком, который толкает девушку на необдуманные поступки, а потом, в случае чего, разведет руками.
Роуз из далеких 90-х видит в Джеке освобождение от клетки, глоток свежего воздуха и возможность почувствовать себя живой. Роуз из современности, вероятно, увидела бы в Джеке классический «красный флаг»: безработный, навязчивый, без жилья, с замашками спасателя, который пытается втереться в доверие и разрушить ее жизнь. На первом же свидании она бы пробила его, увидела всю его глупость и самохвальство в соцсетях, а потом бы слилась. Или пожаловалась бы жениху — не самому любимому, но достаточно надежному. А бедный художник с барскими замашками мог бы стать героем мема.