Масленичная неделя в народном представлении связана с блинами, катаниями и обязательным сжиганием чучела, однако многие привычные сегодня детали появились гораздо позже. Об этом рассказала aif.ru искусствовед и этномузыколог Кристина Руденченко.
«Весну будут закликать позже, на Сороки, когда прилетят первые птицы. К их встрече люди будут выпекать хлебных жаворонков. Сама весна уже будет чувствоваться в природе. Народ начнет готовиться к полевым работам. А Масленица — это межсезонье, когда крестьянину нужно было выполнить целый комплекс обрядов. Например, катание с гор. Это же не просто забава. Крестьяне катались с гор, чтобы лен был долгим, то есть длинным. И отсюда целый корпус песен, связанных с этим. Те же катания по деревне на лошади… Это тоже не только ради развлечения, там тоже прикладные истории. И даже чучело пресловутое, оно ведь тоже не про то, чтобы просто позабавиться, а чтобы освободить место новому. Если ты от старого не избавился, то и новому места не будет», — отметила эксперт.
Руденченко подчеркнула, что технология изготовления чучела была связана с обходом дворов и сбором ненужных вещей. Она добавила, что современные массовые гулянья в стилизованных костюмах не относятся к старой традиции.
По словам Кристины Руденченко, в деревне чучело не делали похожим на человека. Ему не рисовали лицо и на него не надевали дорогую одежду. Руденченко объяснила это тем, что «платок или кокошник, а тем более сарафан» были ценными вещами, которые «передавались по наследству».
«Это же не кукла вуду. Это просто избавление от старого, ненужного, подготовка к новому жизненному циклу. Некоторые исследователи отмечают связь масленичного огня с божественным огнем, который как бы очищает греховную плоть. А греховную плоть олицетворяет эта кукла-чучело. В итоге крестьяне еще и получали экологичное удобрение и рассеивали этот пепел по полю. Это связано с мифологическим мышлением крестьянина. Но оно позитивное, оно не несет в себе никаких вредоносных ритуалов. И человек, выполнив этот обряд, как бы подстелил себе соломки, подготовился к предстоящим посевным работам», — сказала Руденченко.
Эксперт также усомнилась в романтических представлениях о Масленице как о «вечном празднике». К концу зимы запасы уже истощались, а впереди был тяжелый сезон работ. Блины не были главным блюдом. Руденченко добавила, что и популярная версия о радости «солнышку» не отражает реальность крестьянского быта.
«Вся эта мифология неоязыческая про то, что в Масленицу мы радуемся солнышку, она неправильная. На самом деле все совсем не так. Некогда было крестьянину этим заниматься», — отметила она.
Отдельной частью масленичных обрядов были семейные и молодежные традиции. Руденченко рассказала, что Масленица воспринималась как время, когда важно успеть устроить личную жизнь до начала Великого поста.
«Масленичные ярмарки — это тоже отличный был повод присмотреться, кто как одет, у кого какой достаток. Но свадьбу приходилось ждать еще очень долго. Если взять тексты масленичных запевок, то что мы там слышим? „Масленица, Каташенька, провожали мы тебя хорошенько. Масленица — белый сыр, а кто не женился, тот сукин сын…“ Действительно, в крестьянской среде считалось, что если ты не женился до Масленицы, то ты в некотором смысле семью свою подвел. Потому что дальше предстоит семь недель Великого поста — никак не женишься, свадьбы не играли в это время. Соответственно, ты профукал несколько месяцев. То есть всех подвел», — подчеркнула эксперт.
Говоря о происхождении праздника, Кристина Руденченко отметила, что Масленичная неделя упоминается в летописи. По ее мнению, в традиции сошлись народные и христианские элементы. Отдельно Руденченко подчеркнула, что Масленицу отмечали не везде, и Югра, по ее словам, относится к регионам, где такой традиции не было.
«Начнем с того, что Масленицу праздновали не во всех регионах России. Югра относится именно к таким. Откуда это известно? Если бы этот праздник был, в нашей старожильческой западносибирской песенной традиции обязательно сохранилась бы хоть одна песня. Но мы такого здесь не находим. В Советском Союзе шла активнейшая борьба с церковью, с религией. Если бы Масленица была, скажем так, проходным праздником, от нее бы точно отстали. Но нет! Ее переименовали в проводы русской зимы, переделали, все смыслы исковеркали. И методички распространялись активно к концу 1960-х годов по всему Советскому Союзу. В них писали, как проводить этот праздник. В том числе и в те регионы методички отправляли, где такой традиции никогда не было. Я видела в Ханты-Мансийске архивное фото за 1967 год — „Первое празднование проводов русской зимы“. То есть для нас этот праздник совсем новый», — заключила Руденченко.